Когда отсчет пойдет с нуля.
И Новый год с бесстрашным рвеньем
Сорвет листок календаря.
И замелькают дни, недели,
Стремясь все ближе к декабрю.
Так все вокруг - со дня рожденья -
живет и движется к нулю...
Всем-всем, кто заглянет в мой почти совсем забытый дневничок, желаю доброго начала Нового года. Пусть он будет по крайней мере не хуже минувшего.
Здоровья и благополучия, дорогие друзья!!!
70 лет в общем-то не такой уж преклонный возраст. Но странное дело, когда я около трех лет назад смотрела на Сезарию, ощущение было, что перед нами очень, просто очень старая женщина. Старая и не здоровая.
Слушала я ее в Горхолле в марте 2009 года. Она не произвела на меня какого-то особого впечатления ни голосом, ни манерой исполнения. Хороший ансамбль, необычная для нас музыка, ритмы. Босая старая женщина в своеобразном облачении. Все вместе - интересное зрелище.
Жаль, конечно, что ее больше нет.
У меня сохранятся снимки, сделанные на том концерте мыльницей с 17 ряда, и звуковые файлы - записи ее пения на диктофон.
Снимки можно посмотреть здесь: http://photo.qip.ru/users/pailaps/95331
Если бы была возможность, я бы и звуковые бы файлы выложила.
В последней своей записи я вспомнила о том, как тонула когда-то и меня спас дядя Андрей.
Андрей Константинович Семенов.
Его больше нет. Завтра - 9 дней.
..Это был поистине мощный человек, высокий, сильный, красивый, с копной седых вьющихся волос, очень энергичный, неравнодушный. Таким он оставался до самого конца! Несмотря на недуги, несмотря на годы, несмотря на боль пережитого..
7 ноября ему исполнилось 88 лет. Можно представить, сколько испытаний пришлось на его долю за эти годы. В предисловии к сборничку своих стихов он сам коротко описал свою жизнь:
«Родился в 1923 году, в Башкирии. Рос в нищете колхозных деревень. Видел их развал. Пух с голоду в 1933-34 годах. Участвовал в боях в составе Военно-Воздушных сил Черноморского флота. По свидетельству маршала Казакова (“Известия”, статья "Дай руку, ветеран!") остался в живых в числе трех из ста.
Вел дневники об увиденном, вследствие чего в 21 год осужден "тройкой" на 5 лет тюремного заключения и 3 года поражения в правах, по ст.58 п.10. Через год комиссован, как безнадежный к жизни: острая дистрофия от голодания и воспаление легких. Выжил благодаря заботам родителей и односельчан.
Спасаясь от послевоенного преследования фронтовиков, бежал в Прибалтику. Заочно закончил Московский Финансовый Институт, работал на экономических должностях.
Раскрыл убийц двадцатилетнего внука и его захоронение в лесу, что нашло широкую огласку в печати и телевидении России и Эстонии. Подвергся нападению преступников с целью убить и тем скрыть следы своего злодеяния. Написал и издал книгу о поисках внука. Гражданин России.»
Больше нет Андрея Константиновича. Больше нет.
Остались его самоизданные книжки. Стихи и повествование о том, как в 74 года он, не доверяя полиции, искал, вычислил и помог арестовать убийц внука и тех, кто пытался убрать его самого.
Для меня он навсегда останется другом папы, которого нет уже 26 лет. Теперь уж и мы с ним дружили. И я, и мои братья, сестра. Для нас его смерть - тоже невосполнимая утрата.
На снимке Андрей Константинович с женой Лидией Степановной.
Стихи дядя Андрей писал, наверное, всегда. По крайней мере, у меня есть подборка, которую я готовила для публикации в местном еженедельнике, в которой самые старые датированы 45-м годом.
Пусть здесь тоже несколько его стихов сохранится.
ОТШЕЛЬНИК
Он сед и страшен худобою.
Он хуже нищего одет,
И с непосильною нуждою
Живет один уж много лет,
Но часто средь святой молитвы
Он слышит отзвук прежних лет:
Своих друзей и с ними битвы
И образ девушки своей.
Как он любил легко и страстно,
Когда он юностью кипел!
Как смело, совести подвластно,
На жизнь правдиво он глядел!
Как мог он верить, увлекаться
Всей простотой своей души!
Как над врагами мог смеяться
Средь их зловещей тишины!
Как клевету он не любил!
И средь иных друзей болтливых
В глаза с презреньем говорил
Об их поступках гнусных, лживых!
Он горд душой. Его среда
Сломить в нем гордость не сумела
И перед ним свои врата
Закрыла... и не сожалела.
Стал одинок. К тому ж подруга,
Не поняв гордый нрав его,
Не пожелав делить досуга,
Забыла друга своего...
И он ушел...
23.03.45г.
МОЛЬБЫ ОТЦА
- Я стар и вижу в седине,
Что близок мой конец:
Уже начертан на челе
Надгробный злой венец.
Минуло все...Я жизнь прожил,
Терпенье не щадя,
И лишь тобою дорожил,
Поверь, мое дитя!
Когда за годы на войне
Вестей не ведал я,
"Убит" - шептали губы мне,
Надежду затая.
Мать, охраняя жизнь твою,
В молитвах по ночам
Просила бога и судьбу
Быть милосердным к нам.
И ты полуживым пришел
На радость седине,
Уют и счастье вновь нашел
В семейной тишине.
Ликует мать и я был рад:
Ты снова среди нас!
Слезинки радостных наград
Не удержать из глаз!
То слезы радости! Познай,
Познай им цену, сын!
Не уходи! Не углубляй
Боль старческих морщин!
Отец умолк. И не тая
Суровой правды суть,
Промолвил я, что жизнь моя
Позвала снова в путь!
Февраль 1947г.
Умершему другу Г.Н.Ф.
Родной мой товарищ, ушедший мой друг!
К тебе шлю последнее слово.
Скажи мне, ответь мне: зачем, почему
Ты собрал нас у этого гроба?
Неужели ты, проповедник любви,
Стоик жизни, веселья и счастья,
Разрешил своей честной и светлой душе
Превратить солнце дружбы в ненастье?
Неужели ты, человек добрых дел
И дерзаний великих и малых,
Все что думал, мечтал, что свершить не успел,
Сбросил все с плеч, не столь уж усталых?
Как же мог ты предвидеть кончины свой час
И болезнь уберечь, словно брата,
В свой расцвет и в свои шестьдесят
Объявить о начале заката?
Как же мог ты оставить, безмерно любя,
Словно приняв борьбу бесполезной,
И семью, и детей, и друзей. А себя
В дань отдать злой, коварной болезни?
Не поверю я, нет, что не стало тебя -
Непомерно большая здесь плата!
Не спешить бы тебе... И, надежду храня,
Все стереть о «начале заката».
Но совсем по-другому решила судьба,
Нарядив все в иные одежды:
Безвозвратно все силы твои отняла
Не оставив для жизни надежды.
Так прощай же мой друг, мой родной человек!
Укрепи нас, оставшихся, духом:
Слишком тяжек наш путь, слишком краток наш век.
Спи, мой друг, всем земля будет пухом!
24.01.85г.
(Эти стихи дядя Андрей читал у гроба моего отца, своего одногодки. Действительно, готовясь к 60-летию, отец шокировал многих, и меня в том числе, тем, что в пригласительном билете назвал юбилейное торжество "Начало заката".
Так или иначе, но буквально через полгода его скрутила болезнь, и, пережив три операции, он умер через полтора месяца после следующего дня рождения.)
ВНУКУ, УБИТОМУ В 20 ЛЕТ
Не однажды тонул я в болоте судьбы,
Для своих был навеки потерян.
Прошагал сквозь войну и застенки тюрьмы,
А пулями лжи - расстрелян.
Искалечена жизнь: как исчадие зла
Погоняет коней к могиле...
И мне некуда плыть, и мне некого ждать,
А что я еще жив - забыли.
Но зачем мне она! Отворите врата,
Я устал быть в объятиях ада,
И хочу я к тебе, где мертва суета,
Где живет нашей встречи отрада.
Как подранка судьбы обниму я тебя,
Оболью неживыми слезами,
Расскажу, как здесь жил, ничего не щадя,
С полными слез глазами.
Подожди же меня! Я - усталый старик:
Не поспеть за твоими шагами.
Дай мне руку скорей, пока вновь не возник
Образ тех, кто остался врагами.
2001
А это написано через пять лет после гибели внука.
Теперь уж, будем думать, они встретятся.
Вечная память!
Тонула на Чудском в устье речки Алайыэ в 15 лет. Взрослая пара была неподалеку. Тетя Нина на слова дяди Андрея:
"Она тонет!" - засмеялась: "Да дурачится она!".
..Андрей Константинович поднял меня уже со дна. Этого момента я уже не помню.
А случилась со мной и в самом деле какая-то ерунда. Я шла к взрослым по воде в глубину. Плавать - не умела. На Чудском в общем-то мелко, но в этом месте довольно быстро дно опускалось. В какой-то момент я встала на пальчики, вода достигала подбородка. И вдруг плеснула волна мне прямо в лицо. От неожиданности, очевидно, я встала на всю стопу, и теперь оказалась полностью в воде. Пытаюсь вырваться вверх, закричать, но высоты моей не хватает, успеваю только открыть рот, на слог "ма" вода плещет в меня, и я - снова под водой.
Оригинал взят у
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.2){kind=small}
mcsoid в Это нужно знать!!!Дети часто тонут на глазах у ничего не замечающих родителей
Drowning Does Not Look Like Drowning / Утопление не выглядит таковым
Источник: http://gcaptain.com/maritime/blog/drowni
Перевод crimeanelf
Капитан спрыгнул с кокпита прямо в одежде и поплыл так быстро, как мог. В прошлом спасатель, он не сводил глаз с жертвы и плыл прямо к парочке, плескавшейся между своим катером и берегом. "По-моему, он решил, что ты тонешь", — сказал муж жене. Они только что брызгались и она кричала, но прямо сейчас они стояли на отмели по шею в воде. "Что он делает? У нас всё в порядке", — сказала она раздражённо. "У нас всё хорошо!" — закричал муж, маша капитану, чтобы тот развернулся и поплыл назад. Но капитан продолжал плыть изо всех сил и только рявкнул: "С дороги!" поравнявшись с ошеломлённой парой. Прямо за ними, меньше, чем в трёх метрах, тонула их девятилетняя дочка. Уже над водой, в безопасности в руках капитана, она расплакалась: "Папочка!"
( Read more... )Перевод crimeanelf
Капитан спрыгнул с кокпита прямо в одежде и поплыл так быстро, как мог. В прошлом спасатель, он не сводил глаз с жертвы и плыл прямо к парочке, плескавшейся между своим катером и берегом. "По-моему, он решил, что ты тонешь", — сказал муж жене. Они только что брызгались и она кричала, но прямо сейчас они стояли на отмели по шею в воде. "Что он делает? У нас всё в порядке", — сказала она раздражённо. "У нас всё хорошо!" — закричал муж, маша капитану, чтобы тот развернулся и поплыл назад. Но капитан продолжал плыть изо всех сил и только рявкнул: "С дороги!" поравнявшись с ошеломлённой парой. Прямо за ними, меньше, чем в трёх метрах, тонула их девятилетняя дочка. Уже над водой, в безопасности в руках капитана, она расплакалась: "Папочка!"
Сегодня безнадежно серое небо плачет и плачет, просыпаясь на землю мелким дождем.
Казалось бы, такая грустная картина. Всей радости, что видится она отстраненно, сквозь балконное стекло. Не хотелось бы сейчас идти сквозь эту холодную морось.
И не пойду!
Я буду вспоминать вчерашний день. Удивительный вчерашний день!
Вчера, 2 октября, было лето. Бабье, может быть. Вполне и бабье: спокойное, нежаркое, словно бы чуть усталое, но радушное без суеты. И баб (простите, женщин), нас собралось у кромки залива в Тойла человек тридцать или даже чуть больше. Мужчины тоже были, но гораздо меньшим числом. Как-то женщины – легче на подъем.
Вот и на этот раз на клич собраться в первое воскресенье октября на традиционный уже Цветаевский костер отозвались в основном женщины. И приехали, кто на машинах, кто на рейсовых автобусах из Йыхви, из Кохтла-Ярве.
Да, вчера мы жгли костер в честь и в память Марины Цветаевой. Девятый по счету наш костер. А в далекой Тарусе горел двадцать шестой. И по всему миру, вплоть до Австралии и Южной Америки, бежали вчера огоньки цветаевских костров.
Я не так-то уж заражена мистикой, но как не поверить в неслучайность вчерашней милости природной! Такое ощущение, что наше действо в честь Марины было в самом деле богоугодным.
Мы разложили костер на старом кострище метрах в тридцати от берега. И заиграл наш огонь легко и безмятежно, без рьяных всплесков и сполохов, без дымовой завесы. Он просто жил, украшая собой встречу людей с навсегда по-окуджавски обожженной душой: «а душа, уж это точно, ежели обожжена...».
Голубая в цвет неба гладь залива казалась почти незыблемой. Из-за наноса гальки не было видно самого края, набегающих на песок невысоких волн. Но неспешное, неостановимое движение воды ненавязчивым аккомпанементом сопровождало все, что происходило на берегу.
А сверху нежаркое, ласковое солнце разливало свое тепло и свет на землю, на желто-красную рябину рядом с нами, на все окрест, еще более расцвечивая живописное тойлаское побережье.
Наши костры (так повелось) меньше всего митинг, концерт, жестко сверстанная программа. Зачинатели традиции – творческие люди, костяк клуба местных поэтов «Сивилла», с самого начала отказались от каких-то сценарных рамок, и к костру готовятся каждый раз, как душа повелит.
Поэтому у нас возле живого огня всегда пульсирует нерв сиюминутного рождения новой волны объяснения в любви к творчеству Марины Цветаевой, сотканной из строк ее стихов (мы никогда не знаем заранее, что прозвучит на этот раз), из стихов-посвящений, написанных нашими поэтами и цветаевцами из других краев, из гитарных переборов, сопровождающих песни на стихи Марины, из воспоминаний, связанных так или иначе с Цветаевой.
Вчера мы говорили о том, что нынешний год – семидесятый от даты ухода Марины Цветаевой. Вспомнили в связи с этим стихотворение Евгения Евтушенко «Елабужский гвоздь», заканчивающееся словами жестокой правды: «Есть лишь убийства на свете, запомните. Самоубийств не бывает вообще.».
Никто не вел подсчет, сколько стихов прозвучало вчера, их было много, разных, по памяти и из заветного томика, под неумолчный шорох волн они перекликались со словами Марины:
«Дробясь о гранитные ваши колена,
Я с каждой волной - воскресаю!..»
У всех нас было такое чувство, что каждая произнесенная строчка возвращала нам цельный образ прекрасной женщины-поэта, всем своим творчеством заслужившей признания и почитания, пусть даже и опоздавшего на многие годы.
( Смотреть дальше )
Mo ja neshta ne razumeju, ale nejak ne padabalasja mne merapryemstva, jakoe praishlo u Taline 13-16 verasnja pad nazvai: "Четвертый Конгресс новой белорусской диаспоры Европы и США".
Zrazumela, mjascovyja bielarusy ne velmi cikaviac' novuju emihracyju, nas nihto i ne zaprasiu prynjac' udzel u merapryemstvah. Ja davedalasja vypadkova, shto zbirajucca bielarusy. Byla na hety chas u Taline, i paehala na pasedzhanne sama.
Uvahod byu volny, arhanizatar- spadar Paval Marozau, skazau, shto velmi rady bachyc ' pradstaunika BEZa na pasedzhanni. Ja taksama byla rada ubachyc' maladyh hlopcau i dzjauchynak z roznyh krain, zaklapochanyh ljosam backaushchyny.
Usjo bylo nichoha, vystupoucy kazali svae pramovy, ale, shto adrazu velmi urazila miane: razmova emigrantau i ucekachou z Bielarusi vialasia na raseiskai move. Kali ab'javili perapynak, ja paprasila slova i spytalasja, jak zha tak, chamu zh, gavoracy ab spravah Bielarusi, nihto ne karystaecca rodnai movai?
Para chalavek padyshli da miane paslja taho z padzjakai, shto padnjala hetae pytanne. Ale paslja perapynku tolki ad adnago vystupouca pachula ja rodnuju movy, i jashche adzin hlapec pachau havaryc' na bielaruskai, ale paprasiu prabachennja i perashou na raseiskaju..
Toi, hto vedaje miane, nikoli ne skazha, shto u miane njama pamjarkounasci u adnosinah da taho, shto shmat bielarusau zabylisja na rodnuju movu. Taki byu chas, taki byu nash lios.
Ale tye, hto vyhodziac na arenu baracby za adradzhenne Bielarusi, pavinny karystacca rodnai movai, bo geta padmurak, na jakim usja ideja adradzhennja trymaecca. A kali ne tak, mne padaecca, shto geta hutchei palitychnyja gulni, tak ci inaksh gulni z vygodai.I jashche. Ja navat svaim vacham ne paveryla: sjarod scjazhkou krain-udzelnikau (a takih na stale bylo trynaccac', razam z scjazhkami Estonii i Eurazvjaza) ne bylo bielaruskaha. Nijakaha, ni z zelenju, ni bel-chyrvona-bielaha.
- Исправимся, - adkazau nehta z kiraunikou.
Vos takija u miane urazhanni ad Kanhresa, dze byla nezvanym hosccem. Na merapryemstvy druhoha dnja ja uzho i ne paishla..
PS: Prashu prabacennja za pamylki. Ja usjo zhycce prazhyla u Estonii.
Вот такая радуга висит сейчас перед моим балконом!
Вот какую прелесть обнаружила в своем саду.
Рябина, кстати сорта Невежинская, абсолютно не горькая, с привкусом брусники.
А вот эти "чужие" веточки - прививка. Это - груша, которая будет плодоносить на рябине. (на заднем плане - не уследила - просвечивает моя хондочка. :) по цвету очень даже к месту.).
Но мне настолько понравился репортаж, что я не могла отказать себе в удовольствии разместить его и в своем журнале.
Гринсборо (часть вторая): коммуна художников "Elsewhere"
Оригинал взят у
zuboder в Гринсборо (часть вторая): коммуна художников "Elsewhere"В самом центре Гринсборо, на самой центральной улице, располагается самое невероятное здание, которое мне приходилось посещать в жизни: трехэтажная коммуна художников под названием "Elsewhere", что переводится, как "Где-то там".
История возникновения коммуны весьма удивительна. Раньше в этом доме располагался магазин. Управляла им пожилая дама, по имени Сильвия Грей. Почти всю свою жизнь Сильвия занималась тем, что скупала подержанные вещи и перепродавала их. Сильвия имела настоящую страсть к этому. Она скупала всё, что ей попадалось, не брезгуя ни чем. Естественно, что далеко не все из её покупок удавалось реализовывать. Но это не останавливало Сильвию. Она продолжала покупать старые вещи. Она покупала. Она покупала. Она покупала. Она заполнила подержанными вещами три этажа своего дома, а потом... Потом она умерла...
В 2003 году, через 6 лет после смерти Сильвии, здание досталось её внуку Джорджу. Увидев всё, что собрала его бабушка, Джордж не поверил своим глазам! Он пригласил своих друзей художников и предложил им придумать, что можно сделать с этими вещами. Вместе они стали создавать инсталляции из предметов старины. Наслышав об этом к ним стали приезжать их друзья и друзей друзей. Они стали вместе разбирать бабушкино добро и организовали коммуну.
Через какое-то время ребята провозгласили главные правила комунны:
1. Ничто из вещей не должно быть вынесено из дома.
2. Ничто из вещей не должно быть внесено в дом.
3. Создавать художественные инсталляции можно только из того, что имеется в доме.
4. Ничего из созданного не может быть продано.
5. Любой художник может приехать в этот дом и 2 месяца жить здесь абсолютно бесплатно.
( Читать далее )
История возникновения коммуны весьма удивительна. Раньше в этом доме располагался магазин. Управляла им пожилая дама, по имени Сильвия Грей. Почти всю свою жизнь Сильвия занималась тем, что скупала подержанные вещи и перепродавала их. Сильвия имела настоящую страсть к этому. Она скупала всё, что ей попадалось, не брезгуя ни чем. Естественно, что далеко не все из её покупок удавалось реализовывать. Но это не останавливало Сильвию. Она продолжала покупать старые вещи. Она покупала. Она покупала. Она покупала. Она заполнила подержанными вещами три этажа своего дома, а потом... Потом она умерла...
В 2003 году, через 6 лет после смерти Сильвии, здание досталось её внуку Джорджу. Увидев всё, что собрала его бабушка, Джордж не поверил своим глазам! Он пригласил своих друзей художников и предложил им придумать, что можно сделать с этими вещами. Вместе они стали создавать инсталляции из предметов старины. Наслышав об этом к ним стали приезжать их друзья и друзей друзей. Они стали вместе разбирать бабушкино добро и организовали коммуну.
Через какое-то время ребята провозгласили главные правила комунны:
1. Ничто из вещей не должно быть вынесено из дома.
2. Ничто из вещей не должно быть внесено в дом.
3. Создавать художественные инсталляции можно только из того, что имеется в доме.
4. Ничего из созданного не может быть продано.
5. Любой художник может приехать в этот дом и 2 месяца жить здесь абсолютно бесплатно.
( Читать далее )
Малый зал Эстонского драмтеатра на пятом этаже и в самом деле мал и вполне уютен. В нем в самый раз устраивать камерные творческие, приятельские встречи. Поначалу показалось, что так и получится.
Зазвучала милая музыка в исполнении девочки с тоненьким приятным голоском в сопровождении дуэта гитары и чего-то еще (вспоминаю, что это было, и не могу восстановить в памяти, но звучал ансамбль совершенно неплохо).
За стол на сцене, как в президиум в былые времена, сели трое мужчин и Елена Скульская во главе. Мужчин она представила не как приятелей, как близких друзей, что сразу показалось преувеличением. Это были Андрей Ардов, Валерий Попов и Александр Генис. Каждому из них было что вспомнить и рассказать, что они и делали без особого блеска.
Скульская дирижировала процессом, разбивая его на главки декламацией стихов. Стихи исполнялись артистами Русского драмтеатра. Что более всего меня поразило, восемь (8!!!) человек, читая Пушкина, Мандельштама, Бродского, самого Довлатова, были совершенно одинаковы интонационно. Они не читали, завывали тексты практически в одной тональности. Не знаю, возможно, я чего-то недопоняла в их искусстве, но эта коллективная манера меня просто раздражала.
В целом, на мой взгляд, заявленного разговора по-приятельски совершенно не получилось. Не думаю, что в зале не было тех, кто мог бы вспомнить былое. Но похоже, мероприятие не ориентировалось на несрежиссированные выступления, и потому показалось несколько вымученным.
Завершение тоже вызвало недоумение. Заиграла музыка, запела девочка, тетенька в униформе разнесла цветы участникам, которые тут же покинули сцену, за ними стали подниматься и выходить из зала зрители, музыканты еще пели, тетенька в униформе стояла сбоку у сцены, держала оставшиеся три розы, зал пустел под музыку никому не нужных живых исполнителей.
В общем, мне не понравилось.
И я точно 3-го не приеду на повторение вчерашнего "спектакля". А собиралась, жалея, что не поспела заказать билетик. По словам одной по крайней мере зрительницы это была декламация все теми же чтецами текстов, нарезки из переписки Скульской с писателем. Ну понятно, она ж сама сочиняла сценарий..
Говорят, сегодня была интересна экскурсия, но не знаю, не участвовала.
В тот день, услышав "Лебединое озеро" вместо нормальных передач, а затем - новости с опущенными лицами дикторов, я развила бурную деятельность.
Сначала позвонила знакомым по общественным делам в Москве, Минске, Ленинграде, выяснила, что происходит там, что думают о происходящем, что собираются делать. Потом обзвонила проверенных временем и обстоятельствами людей у нас в городе, собрала к вечеру в институте, где работал один из наших. Пришло человек тридцать. И мы всерьез решали, что надо сделать, чтобы уйти в подполье, чтобы сохранить возможность организовать свою печать и проч.
Кроме того, я позвонила парочке собкоров Радио Свобода, предложила свои услуги на случай, если все-таки путч удастся.
Напряженный был день.
Забыть невозможно..
( Read more... )
В небе совершенно беззвучно, мимо нас, не очень быстро и достаточно низко в направлении запад - северо-восток пролетало нечто. Сначала я подумала, что это китайский фонарик, потому что выглядело оно, как красно-оранжевый именно фонарик. Словно бы огонек горящий. Правда, горел ровно, пламя не колебалось. И еще, его не гонял ветер, нечто летело по своей траектории, по прямой. Вот как заметил его муж слева, так оно и пролетело ровнехонько мимо нас и удалилось, уменьшаясь в красную точку направо. Никаких проблесковых огней не было, Ничего не было, чтобы можно было подумать на что-то известное.
Фотоаппарат у меня неисправен, а то можно было снять..
Не думаю, что это видели только мы.
Заметив краем глаза сигнал фары, я не тронулась сразу, пусть, - подумала, - выедет, я следом. Но машина не двинулась. Присмотрелась, вроде никого за рулем и не видно. Ну и ладно.
Поехала я в город. Припарковалась у аптеки, сделала покупки в Сельвере, возвращаюсь, а мне навстречу паренек, расстроенный, сразу видно:
- Извините, так получилось, я задом парковался, не рассчитал, разбил вам фару.
Ну, ладно. С фарой все будет в порядке. У него страховка, отремонтируют.
Но вот как совпало: разбита именно задняя фара с левой стороны.
Нет, я понимаю, совпадение. Но я же очень часто въезжаю-выезжаю через те ворота. Часто вижу стоящие машины. Никогда не видела, чтоб фара мигала просто сама. Хотя нет, может, это был отблеск от садящегося солнца. Однако надо же было, чтоб эта нечаянная вспышка совпала с разрушением именно такой же фары в моей машине.
Ерунда? Наверное. Но очень похоже на знак..
:))
Мы дружили вчетвером, в одной комнате жили в общежитии Минского пединститута до самого выпуска: я, Тамара (мы внизу), Люда и Ядя (справа вверху).
( Read more... )или ..еще не вечер?
